Владимир Бобылёв, Главный редактор «Нефть и капитал«
Исследование Федерального резервного банка Далласа в США показало, что продолжение блокады Ормузского пролива может привести к снижению роста глобального ВВП на 2,9%. Весьма сомнительное достижение внешней политики президента США Дональда Трампа. Увы, это не единственные негативные новости для мировой экономики, которая объективно страдает от того, что Вашингтон и Тель-Авив делают с Ираном, а последний все активнее отвечает.
Ирония в том, что, несмотря на громкие заявления главы Белого дома о якобы успехе военной операции против Исламской Республики Иран (ИРИ), в реальности происходит следующее.
Во-первых, США сняли санкции с российской нефти. Во-вторых, иранская нефть не запрещена. По состоянию на конец марта 2026-го она беспрепятственно поступала из Ирана в Китай и другие азиатские страны. В-третьих, теперь все танкеры, следующие через Ормузский пролив, должны платить Тегерану за проход $2 млн. В-четвертых, по состоянию на 25 марта с фондового рынка США исчезло $3,2 трлн.
В качестве «бонуса»:
- американские военные базы по всему Ближнему Востоку подвергаются атакам БПЛА и ракет, и никто не может сказать, когда это прекратится;
- рекламируемый годами американский истребитель F-35 оказался бесполезным;
- США потеряли четыре уникальные системы ПРО THAAD на Ближнем Востоке (всего в мире их было десять);
- убитого главу Ирана Хаменеи заменили на… Хаменеи (на место погибшего Али пришел его сын — Моджтаба);
- Россия и Иран, нефтянку которых Вашингтон так активно старался ограничивать в последние годы, все больше зарабатывают на продаже нефти.
Потери нефтегаза от блокировки Ормузского пролива
Война на Ближнем Востоке — дело затратное, причем не только для воюющих сторон, но и для всей мировой торговли. В Kpler и ряде других крупнейших аналитических международных компаний сошлись во мнении, что с начала ближневосточного конфликта в 2026 году потери нефтяных гигантов уже превысили $15 млрд. Если анализировать убытки мировой торговли в целом, то блокировка Ормузского пролива обходится в $7 млрд ежедневно. За три недели марта потери всех участников процесса составили $160 млрд накопленного экономического ущерба.
По оценкам S&P Global Energy, только с 1 по 11 марта мировые рынки потеряли около 17 млн б/с сырой нефти и продуктов ее переработки. Выпадение доходов от экспорта стран Персидского залива (где нефть, СПГ и нефтепродукты являются основой поставок) по состоянию на середину марта оценивается в $15–16 млрд.
Конфликт, который развязали США с Израилем, де-факто всего за пару недель подбросил стоимость нефти с $60–74 за баррель в 2025 году и $63–70 в январе — феврале 2026-го, до $100–112 в марте. Блокировка Ормузского пролива, через который проходило 20% мирового экспорта нефти и СПГ, спровоцировала скачок цен и на газ. На азиатской бирже JKM (Japan Korea Marker) они выросли более чем на $410 за 1000 м3 по сравнению с концом февраля (на 102,38%). На европейских биржах цена тоже удвоилась, достигнув $830–850. Даже на американской бирже Henry Hub, где традиционно сохраняется низкая стоимость (и рынок в целом менее волатилен, чем азиатский и европейский), цена подскакивала с $125 до $132 за 1000 м3. Это при том, что избыток предложения внутри США сдерживает рост котировок даже при мировом дефиците.
В итоге счет «за разбитую посуду» для нефтегазовой отрасли Ближнего Востока вырос до невероятных размеров.
Потери Катара
В этой стране за март было выведено из строя сразу несколько объектов, которые связаны с добычей, транспортировкой и регазификацией газа. 18–19 марта Иран атаковал крупнейший в мире промышленный комплекс по производству СПГ в городе Рас-Лаффан. Повреждения получили объекты компании QatarEnergy и инфраструктура Shell (газоперерабатывающий завод и НПЗ Laffan Refinery).
Министр по вопросам энергетики Катара, генеральный директор QatarEnergy Саад бен Шарида аль-Кааб заявил, что его страна лишилась около 17% мощностей (13,1 млн тонн в год) по экспорту сжиженного природного газа на срок от трех до пяти лет. Учитывая рыночную стоимость СПГ у главных его покупателей, потеря 17% годового экспорта сжиженного газа Катара — это примерно $4,7–5,4 млрд.
Потери Саудовской Аравии
В ближневосточном королевстве пострадало множество нефтегазовых объектов, но если некоторые из них почти полностью выведены из строя, то другие пока сообщают о незначительных повреждениях. Впрочем, это не помешало последним полностью остановить свою работу.
- НПЗ Рас-Танура: крупнейший завод Saudi Aramco приостанавливал работу после падения обломков перехваченных беспилотников, вызвавших пожар.
- НПЗ SAMREF: 19 марта дрон-камикадзе поразил установку на заводе в Ямбу (совместное предприятие Aramco и Exxon).
- Нефтехимический комплекс в Джубайле: зафиксированы попытки атак и повреждения вспомогательной инфраструктуры.
Общая стоимость всех этих объектов сопоставима с годовым ВВП небольшой европейской страны. В случае масштабных повреждений только первичный ремонт узлов, по разным оценкам, может потребовать единовременных вложений в размере $7–9 млрд. Если же считать полную стоимость НПЗ, получится примерно $55–60 млрд.
Суммарная выручка от деятельности заводов в марте 2026 года могла бы составить (при цене на нефть $85–90 за баррель) ориентировочно $4,5–5,2 млрд.
Потери ОАЭ
В Объединенных Арабских Эмиратах пострадало три важных нефтегазовых объекта. Это газовый комплекс Хабшан — один из крупнейших в стране. Его работа остановлена 19 марта из-за падения обломков ракет и угрозы безопасности.
Стал целью атак неизвестными дронами и экспортный терминал Фуджейра. Важно отметить, что это стратегический хаб в ОАЭ, позволяющий экспортировать нефть в обход Ормузского пролива. Через нефтепровод ADCOP (из Абу-Даби в Фуджейру) проходит в среднем 1,5 млн б/с нефти. В пиковые периоды мощность может достигать 1,8 млн б/с. Этот объект обеспечивает 60–70% экспорта черного золота ОАЭ. Выпадение таких объемов при цене нефти даже не $100, а $90 за баррель — это потеря $195 млн в день, или почти $6 млрд в месяц.
Ближе к концу марта зафиксированы удары по месторождению Аль-Хосн (по инфраструктуре подготовки сернистого газа). При текущих ценах на газ, газовый конденсат и гранулированную серу производство в марте принесло бы доход в размере $480–520 млн.
Потери других ближневосточных стран
Кувейт: под удар попали НПЗ Мина-аль-Ахмади и Мина-Абдулла. Эти объекты перерабатывают 346 тыс. и 454 тыс. б/с соответственно. Они обеспечивали Кувейтской национальной нефтяной компании (KNPC) среднемесячную прибыль $275 млн.
Бахрейн: НПЗ Ситра подвергся атаке, после чего страна объявила режим ЧП. Чистая прибыль государственной компании Bapco Energies, основным активом которой является Ситра, составляла в среднем от $48 млн до $87 млн в месяц.
Ирак: прямых масштабных разрушений в первые три недели марта не зафиксировано, но добыча на южных месторождениях (в том числе в районе Басры) упала из-за угроз безопасности. К 20 марта Ирак был вынужден резко сократить объемы добычи нефти из-за переполненных хранилищ.
Израиль: ракетные обстрелы затронули нефтеперерабатывающие заводы в районе Хайфы. В результате ударов 19–20 марта 2026 года ущерб только одному заводу в Хайфе, по предварительным оценкам, мог составить до $3 млрд. При этом каждый день остановки мощностей на израильских энергетических объектах обходится экономике в довольно круглую сумму. Например, простой газовых месторождений рядом с Хайфой стоит от $600 тыс. до $1,36 млн в день.
В целом, если верить сообщениям американских СМИ, включая The New York Times, с начала марта в девяти странах Ближнего Востока серьезно повреждены по меньшей мере 39 НПЗ, газовых и иных месторождений.
Подписаться на наши новости в
